10:47 26 Сентября 2018
Прямой эфир
  • USD2.09
  • EUR2.45
  • 100 RUB3.17
Суд по делу солдата-срочника коржича

Обвиняемый по делу Коржича: следователи КГБ давили на меня на допросе

© Sputnik / Виктор Толочко
Общество
Получить короткую ссылку
Гибель солдата-срочника в Печах (98)
81600

На выездном судебном заседании Минского облсуда продолжается допрос обвиняемых сержантов, которые могут быть причастны к гибели солдата-срочника Александра Коржича в учебной части в Печах.

МИНСК, 12 сен – Sputnik. Сержант Евгений Барановский, командир отделения, в котором находился погибший Александр Коржич, сообщил, что часть показаний дал под давлением сотрудников КГБ.

По словам Барановского, после допроса людей "в штатском" он до сих пор "ходит в туалет кровью". В среду, когда зачитывались показания, данные им на этапе предварительного следствия, Барановский пояснил, что перед допросом его инструктировали сотрудники КГБ, сообщает корреспондент Sputnik из зала суда.

"Когда мы ехали, меня проинструктировали, что надо говорить. Кто? Сотрудники КГБ", — заявил Барановский.

Речь шла о показаниях по поводу сумм, которые погибший солдат Коржич передавал Барановскому. По версии сержанта, он занял у срочника пять рублей, когда тот лежал в медроте, и планировал затем вернуть. В ходе следствия он говорил, что брал сначала пять, а затем еще 15 рублей.

Обвиняемый по делу Коржича сержант Евгений Барановский
© Sputnik / Виктор Толочко
Обвиняемый по делу Коржича сержант Евгений Барановский

Двое в штатском

В суде зачитали показания Барановского о том, как его допрашивали в Комитете госбезопасности. Речь идет, правда, лишь об одном эпизоде, когда, по словам Барановского, он изменил показания под давлением.

Так, по его словам, во время допроса в кабинет зашли двое в штатском, после чего подполковник, который вел допрос, на время вышел. Люди в штатском подняли его, трясли.

"Я почувствовал физическую боль в области поясницы", — зачитал показания Барановского государственный обвинитель Юрий Шерснев.

По показаниям Барановского, люди в штатском говорили ему, что из-за него погиб солдат, требовали, чтобы он рассказал о событиях, когда Коржич находился в медроте под охраной.

"Воздействие", по словам обвиняемого, длилось около 5-10 минут. Позже, когда вернулся следователь, Барановский снова стал рассказывать о денежных взаимоотношениях между сержантами и солдатами.

”Я рассказал все так же, как и раньше в ходе дачи показаний по этому делу. Однако мужчина в гражданском сказал на мои показания, что я одолжил у Коржича 5, а затем еще 15 рублей, сказали, что мне не верят. Тогда я, будучи испуганным, исправился и сказал, что взял у Коржича 20 рублей”, — пояснил Барановский.

Затем, согласно показаниям Барановского, его вернули в камеру, но менее чем через два часа снова вызвал подполковник, который вел допрос, и попросил написать обращение, подсказывал нужные слова.

Барановский утверждает, что в КГБ его вынудили написать, что он требовал у Коржича, когда тот уже находился в медроте, 20 рублей. На самом деле, утверждает сержант, он планировать занять деньги и потом вернуть. По факту, говорит, получил только пять рублей.

Обвиняемые по делу Коржича в зале суда
© Sputnik / Виктор Толочко
Обвиняемые по делу Коржича в зале суда

20 рублей, потом снова 20

По словам обвиняемого, он не делился с младшим сержантом Скуратовичем деньгами, которые он получал от срочников за право пользоваться неуставными телефонами (с камерами, интернетом или диктофоном — Sputnik).

В ходе следствия Барановский говорил, что между ним и Скуратовичем была договоренность делить эти деньги поровну. Называл ставки: за право оставить при себе "уставной" кнопочный телефон курсанты платили сержантам 20 рублей, за неуставной — 40.

"Коржич заплатил 20 за простой телефон. А когда появился сенсорный, плату не брал — разрешил ему пользоваться взамен того, что буду пользоваться я, когда мне будет необходимо. Преимущественно ночью", — сообщал Барановский в ходе следствия.

Но в суде выяснилось, что все-таки еще 20 рублей Коржич Барановскому за право пользоваться сенсорным телефоном заплатил. Это сообщил сам сержант.

На вопрос гособвинителя, почему возникли расхождения в показаниях, Барановский сказал, что не может объяснить, почему тогда давал другие показания.

Не смог он толком пояснить, почему в ходе следствия "оговорил" младшего сержанта Скураторвича в части получения денег за телефоны, но одновременно убеждал следователей, что ни разу не видел, чтобы Скуратович бил подчиненных. Хотя признал, что сам в отношении ряда курсантов мог применить физическую силу — "за то, что военнослужащие совершали проступки, за которые нес ответственность, например не подчинялись законным приказам, уходили без уведомления".

Тетрадь со стихами о суициде

В суде были зачитаны показания Барановского касательно непосредственно Коржича. В том числе о проблемах со здоровьем, которые начались у курсанта.

"Коржич не встал на подъеме. Когда я подошел к нему, он лежал на кровати, накрывшись с головой. Когда я снял одеяло, увидел, что Коржич лежит, поджав ноги, дрожит и при этом бледный. На вопрос о самочувствии ответил "Плохо". О происшествии доложил дежурному. Дежурный мне сказал, чтобы я вызвал скорую помощь", — зачитал показания Барановского гособвинитель.

В таком же состоянии Барановский, согласно его показаниям, видел Коржича и в медроте, когда стоял в охране у его палаты. Охрану выставили, по словам Барановского, потому что подозревали у Коржича психологические проблемы. А сняли, потому что планировали везти Коржича в госпиталь в Минск.

Гособвинитель зачитал и показания Барановского о найденной тетрадке со стихами о суициде, которую нашли у курсанта — приятеля Коржича. Но Барановский сказал, что не помнит, фигурировала ли фамилия Коржича, когда сержанты обсуждали эту находку.

Чашка кофе для комроты

После обеда в суде начался допрос командира отделения второго взвода младшего сержанта Егора Скуратовича, который также проходит обвиняемым по делу.

Обвиняемый по делу Коржича сержант Егор Скуратович
© Sputnik / Виктор Толочко
Обвиняемый по делу Коржича сержант Егор Скуратович

Ему вменяется превышение служебных полномочий и получение взяток. Так же, как и Барановский, Скуратович утверждает, что кофе, сигареты и другие продукты передавал командованию роты.

По его словам, существовала практика, что комроты Суковенко утром должна была ждать чашка заваренного кофе.

При этом на вопрос гособвинителя о том, оставлял ли Скуратович продукты себе, тот сказал, что большую часть отдавал командирам.

"Пару раз были моменты: я приношу командиру роты три пакетика кофе, а там было три офицера, а один ушел, и они тогда говорили: на тебе", — прокомментировал Скуратович один из эпизодов.

Гособвинитель спрашивал младшего сержанта и о практике отжиманий вне физзанятий, и об отъеме продуктов у бойцов, которые они получали из дома. Скуратович сказал, что это была обычная практика, он тоже отжимался. А продукты бойцы отдавали сами.

”Не требовал, но получил", — прокомментировал он один из эпизодов.

Скуратович также напомнил, что проходит пострадавшим по уголовному делу, где обвиняемым является комроты Суковенко.

Темы:
Гибель солдата-срочника в Печах (98)

По теме

Сержант, который нашел тело Коржича: был потрясен, но аппетита не потерял
Дело Коржича: солдаты продолжают давать показания о дедовщине в Печах
Доктор из Печей о самоубийстве Коржича: это был крик о помощи
Обвиняемый по делу Коржича: офицеры нас тоже заставляли отжиматься
Теги:
судебный процесс, Александр Коржич, гибель солдата-срочника
Правила пользованияКомментарии

Главные темы

Орбита Sputnik