17:34 21 Июня 2021
Прямой эфир
  • USD2.53
  • EUR3.01
  • 100 RUB3.46
Колумнисты
Получить короткую ссылку
54210

Девалютизация экономики и либерализация валютных отношений – именно в таком контексте колумнист Sputnik Николай Левчук предлагает рассматривать возможность введения Нацбанком совместно с правительством валютных ограничений.

Алармистский подход к освещению президентского указа №154 большинством СМИ упускает из виду главное – оценку обстоятельств, при которых могут быть введены валютные ограничения чрезвычайного характера.

Спасательный круг

Новая редакция Закона "О валютном регулировании и валютном контроле" вступает в силу с 9 июля 2021 года. В законе угрозы экономической безопасности Республики Беларусь, в том числе стабильности финансовой системы, обусловлены рядом четких критериев.

Это резкое ухудшение экономической и финансовой ситуации в Республике Беларусь либо ущерб интересам безопасности Республики Беларусь и препятствование поддержанию общественного порядка, негативное развитие ситуации в платежном балансе и снижение золотовалютных резервов Республики Беларусь ниже допустимого уровня, резкие колебания курса белорусского рубля.

Закон предусматривает определенный набор валютных ограничений, общий смысл которых, как следует из приведенных выше формулировок, заключается в противодействии не только валютно-финансовым и экономическим рискам, но и социально-политической дестабилизации.

В сущности, речь идет о превентивных мерах, которые на законных основаниях смогут применить власти в случае развития ситуации по негативному сценарию, что, по-видимому, предполагает их координацию с другими антикризисными механизмами.

Закрепление на нормативно-законодательном уровне таких мер демонстрирует решимость властей противодействовать существующим рискам экономики и социально-политической сферы. Но вероятность их применения представляется не слишком высокой и чем-то напоминает функцию стоп-крана, который в поезде жизненно необходим, но пользуются им крайне редко.

В докладе заместителя председателя правления Национального банка Республики Беларусь Дмитрия Калечица, посвященного обеспечению финансовой стабильности в 2020 году и задачам на 2021 год, по сути, объясняется мотивация предложенных на законодательном уровне антикризисных формулировок.

По его словам, в начале 2020 года резкое снижение цен на нефтепродукты и калийные удобрения, девальвация курса российского рубля, закрытие внешних рынков из-за пандемии коронавируса и сжатие мировой экономики существенно ухудшили внешние условия.

За буйки не заплывать

В августе 2020 года вследствие резко возросших инфляционно-девальвационных ожиданий и снижения доверия к банковской системе был сформирован повышенный спрос на валютном рынке и наблюдался отток депозитов населения. Ухудшение прогнозов международных рейтинговых агентств в течение года отражало риски стабильности финансовой системы, одновременно снижая возможность доступа к иностранным рынкам капитала и привлечения инвестиций в экономику.

Объем валового внутреннего продукта в 2020 году сократился в сопоставимых ценах на 0,9% к уровню 2019-го. Ослабление экономической активности и сложная эпидемиологическая ситуация обусловили необходимость корректировки плановых показателей бюджета в части доходов и расходов.

Во второй половине 2020 года значимым стал фактор недостатка ликвидности. Изменения на валютном рынке Беларуси были особенно ощутимы в первом и третьем кварталах. В течение года значимым источником риска было изменение ставок на внутреннем финансовом рынке. В ответ на кризис, вызванный пандемией коронавируса, во всем мире власти предпринимали исключительные меры для защиты населения, предприятий и финансовой системы, резюмирует Дмитрий Калечиц.

По его мнению, набор принятых Национальным банком страны в начале года контрциклических и стабилизационных мер концептуально соответствовал мировой практике центральных банков по противодействию экономическим последствиям пандемии. Их реализация обеспечила контролируемость ситуации на финансовом рынке и сохранность ресурсного потенциала банков, что позволило поддержать темпы кредитования предприятий в сложившихся непростых условиях.

Доступность кредитования – один из ключевых индикаторов способности развития реального сектора экономики, воспроизводства основных фондов предприятий. И в этом кроется еще один существенный мотив проводимой в Беларуси кредитно-денежной политики. Объявленная девалютизация (читай – дедолларизация) является инструментом предупреждения "стихийных" внешних факторов, обусловленных невозможностью влиять на эмиссию мировых резервных валют. Есть и риск спекулятивных атак, вероятность которых на фоне усиления санкционных мер против республики только возрастает.

Глобальные владельцы "печатного станка" могут произвести спекулятивную атаку любой мощности и опрокинуть курс национальной валюты любого государства (включая, как показывает опыт, и еврозону), если только оно не защищено суверенной кредитно-денежной политикой. Здесь уместно напомнить о рисках сотрудничества с МВФ, инструменты которого нацелены на дерегулирование такой политики в интересах спекулятивных сетей.

Финансовый прибой

Эффективность управления суверенной валютно-денежной системой определяется уровнем контроля трансграничного движения средств по капитальным операциям. Или хотя бы возможностью защищаться от внешних "стихийных" факторов, что и предполагает президентский Указ №154. Прошлогоднее падение курса российского рубля стало одним из таких факторов, но ситуацию в Беларуси удалось удержать в приемлемых пределах.

Российский экономист Сергей Глазьев, еще будучи помощником президента России, обращал внимание на то, что для современного рынка капитала характерна закономерность его нарастающего инфлирования ("вздутия") за счет необеспеченной эмиссии мировых резервных валют. Именно поэтому страны с открытым рынком капитала неизбежно подвергаются давлению спекулятивных волн, источниками которых являются мировые финансовые монополии.

Проще говоря, если регулятор, не имея возможности эмитировать мировую резервную валюту, не использует ограничений на трансграничное движение капитала, а национальная валюта не обеспечена золотовалютными резервами, то он не сможет контролировать в своей стране ни курс, ни процентные ставки. Но "фокус" как раз в том, что в России обеспеченность золотовалютными резервами практически стопроцентная, а курс удержать все равно не удалось.

Подобное произошло из-за того, что, по мнению Сергея Глазьева, Банк России самоустранился от валютного рынка, предоставив спекулянтам почву для манипулирования им. Это проявляется в доминирующей роли нерезидентов на Московской бирже, доля которых занимает три четверти операций, и переводе российского рубля в свободное плавание. То есть предпосылки инфляции в России были созданы под знаком ее же "таргетирования". Меры обеспечения устойчивости курса, напротив, нацелены на то, чтобы избежать стихийного соотношения спроса и предложения на валютном рынке, перетока капитала из реального сектора в спекулятивные сферы.

Закрепляя на нормативно-законодательном уровне возможность применения решительных мер валютного регулирования, белорусские власти на практике подвергают сомнению старую либеральную догму о "невидимой руке рынка", которая способна все обустроить, хотя это нисколько не помешает реальной либерализации. Но и при закручивании гаек главное – не сорвать резьбу.

Читайте также: 

Теги:
валютный рынок Беларуси, Беларусь

Главные темы

Орбита Sputnik