20:54 16 Января 2021
Прямой эфир
  • USD2.56
  • EUR3.10
  • 100 RUB3.48
Колумнисты
Получить короткую ссылку
1804110

Специалисты изучили все публикации мая 1945-го в The Times, Le Monde и The New York Times — а затем статьи, посвященные роли СССР в войне, напечатанные в тех же изданиях за последние 20 лет. Колумнист Sputnik Виктор Мараховский – о результатах того анализа.

МИА "Россия сегодня" ответило на вопрос, когда именно Россия совершила свои главные военные преступления против народов Европы.

На первый взгляд – сам вопрос странный. Все же очевидно: последняя общеевропейская война случилась в 1939-1945 годах, видимо, тогда СССР и сделал все то плохое, в чем РФ по сей день настойчиво и сурово обвиняют.

Но нет.

Если вооружиться занудством и перечитать упоминания России в ведущих западных СМИ в мае 1945 года, – то мы обнаружим, что никакой тяжелой вины перед цивилизацией на Советской стране не лежало. Наоборот – там царит всеобщий почет, благодарность и восхищение Красной армией и русским солдатом.

Специалисты МИА детально изучили все публикации мая 1945-го в знаковых изданиях Запада – The Times (Великобритания), Le Monde (Франция) и The New York Times (США) – а затем статьи, посвященные роли СССР в войне, напечатанные в тех же изданиях за последние 20 лет.

Разница изумительная.

Заглянув в газеты 1945 года, мы увидим:

Le Monde: "Вклад великого русского союзника неоценим: именно российская сторона на протяжении трех лет выносила практически все давление со стороны вермахта".

Девятое мая, Times, Уинстон Черчилль: "Завтра мы будем отдавать особую дань уважения нашим русским товарищам, чье мастерство на поле боя стало одним из главных вкладов в общую победу, <...> в этот день западные народы с гордостью выразят свое почтение непобедимому союзнику, России, которая, жертвуя жизнями и терпя материальные разрушения, взяла на себя самое тяжелое бремя всех Объединенных Hаций".

И даже:

Десятое мая, NYT: "Советская политика в рейхе (то есть на оккупированных территориях Германии в отношении гражданского населения. – Прим. ред.) расценивается как либеральная".

Как ни парадоксально прозвучит, – главные наши военные преступления мы совершили буквально в последние годы.

Нет, разумеется, все шло по нарастающей в течение десятилетий. После Фултонской речи Черчилля, перекомпостировавшей великого русского союзника в мрачную тучу, наползающую на Европу, Советский Союз просто не мог оставаться в западной вселенной в образе полноправного участника коалиции сил света против фашистской тьмы.

Но слишком быстро превратить Красную армию из армии героев-освободителей, сломавших хребет нацизму, в армию насильников-поработителей было просто невозможно по одной простой причине: все до одного современники долгие пять лет были свидетелями войны, участниками войны, потерпевшими от войны. Французы 1940-х, 1960-х и даже 1980-х еще в большинстве своем были теми, кто помнил немецкую оккупацию. Англичане 1970-х и 1980-х еще были теми самыми англичанами, что в напряженном молчании годами слушали радио и прятались от немецких бомбежек и ракетных обстрелов. И даже в оплоте антикоммунизма США – главными русофобами были гитлеровские коллаборационисты, сбежавшие от возмездия на край света, а рядом с ними жили сотни тысяч, если не миллионы бежавших от нацизма евреев, для которых демонизация советского солдата, взявшего штурмом Освенцим, была кощунством.

Поэтому существование в мировой летописи "неудобного героя" – русского солдата – пришлось терпеть десятилетиями, смещая акценты медленно и по полградуса.

И каждое новое перерисовывание войны, приделывание новых персонажей на передний план батального полотна, стирание и увод вглубь ненужных сцен и событий – происходило на фоне чего-нибудь актуального.

В 1980-е, когда еще социалистическая Польша стала ареной главной битвы между системами (поляки требуют демократии, поляки протестуют против репрессий, гданьский электрик Лех Валенса получает Нобелевскую премию мира), – из задних рядов на военном полотне вызвали на передний план пакт Молотова – Риббентропа и Катынь. При этом Польша была объявлена "первой жертвой Германии" – что, возможно, несколько удивило чехов и словаков, чью страну Германия годом ранее раздербанила по-братски с Польшей и Венгрией.

В ранние 1990-е, когда объединялась Германия и настоятельно подгонялся вывод с ее территории советских войск, из отдельно взятой конъюнктурной головы вынырнула магическая цифра "два миллиона изнасилованных немок". Под ней не было (и нет по-прежнему) ни черта, кроме диких выкладок, пришедшихся ко двору, – но с тех пор идиотские выкладки стали базовой оценкой, они отлиты в целлулоиде и прописались в сотнях книг и тысячах статей.

В конце 90-х – нулевых, при проглатывании экс-советской Прибалтики НАТО и ЕС и придавливании потенциально опасных местных русскоязычных, гулять по западным СМИ был выпущен нарратив о Порабощенной Балтии.

А ко второй половине 2010-х, после украинского переворота и возвращения Крыма, – настал идеальный информационный фон к тому, чтобы стереть неудобного героя, Русского Солдата, с батального полотна совсем.

Началом этой акции стали заявления посла США в Сербии Майкла Кирби в 2014-м и главы МИД Польши Гжегожа Схетыны в 2015 году о том, что "Освенцим освободили не русские, а "Первый Украинский фронт (да, тот самый, армии которого были сформированы по всему СССР, и названный, естественно, по направлению боев)". Этой теме было посвящено сразу семь публикаций Le Monde ("россияне оскорблены заявлениями о том, что Освенцим освободили украинские солдаты Красной армии").

А кульминацию мы все слышали нынешней зимой, когда на праздновании 75-летия освобождения Освенцима вице-президент США Майкл Пенс в своей торжественной речи ухитрился упомянуть американских солдат (которых там не было) и не упомянуть советских (которые не просто освободили лагерь, но и заплатили за его освобождение несколькими сотнями жизней).

Говоря проще, с годами перерисовывание войны становится все смелее, мазки все резче. Свидетелей почти не осталось – детсадовцам 1945 года сегодня уже 80. Некому уже вспоминать в NYT, как эта газета хвалила советских солдат в Германии за либеральное отношение к местным. И спустя 75 лет Вторая мировая война в западной летописи состоит, в сущности, из следующих событий:

  1. Пакт Молотова – Риббентропа, двойная оккупация Польши и Катынь;
  2. Оккупация Франции и Битва за Британию;
  3. Холокост и Перл-Харбор;
  4. Высадка в Нормандии, африканская кампания и Иводзима;
  5. Освобождение Западной Европы от зверских нацистов и захват Восточной Европы зверскими русскими.

Поэтому если в 1945 году негативные упоминания СССР в ведущих западных СМИ имелись в следовых количествах, и то мельком, – то сейчас они повелевают дискурсом и формируют картину прошлого.

Все в полном соответствии с концепцией Валлерстайна о том, что "прошлое всегда зависит от настоящего".

Но есть и хорошая новость. Держатели западного пульта от прошлого – а он по-прежнему в руках правительств и элит – уже стерли со своей картины великой войны все, что им не нравилось, и пририсовали туда все, что хотели.

И то, что у них получилось, уже настолько отличается от того, что помнят наши города и памятники, братские могилы и мемориалы, мемуары и фильмы, язык и культура, – что это просто две разные истории.

И незаметно подменить нашу память передовым новоделом можно только одним способом – снеся наше государство и стерев память физически, по примеру хихикающих пражских политиков, отважно победивших бронзового маршала Конева.

Но есть мнение, что это у передовых западных "повелителей реальности" получится сейчас не лучше, чем у гитлеровцев восемь десятилетий назад.

*Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Оригинал материала читайте на РИА Новости

Теги:
Le Monde (газета), The New York Times, The Times (газета), Великая Отечественная война (1941-1945)

Главные темы

Орбита Sputnik