Telegram в отключке: как включить национальные интересы

Квинтэссенция противоречий проявилась, когда пресс-секретарю президента РФ Дмитрию Пескову был задан вопрос, нет ли у Кремля опасений, что замедление платформы значительно затруднит координацию российских военных в зоне СВО.

Он ответил: "Не думаю, что можно представить себе, что фронтовая связь обеспечивается посредством Telegram или какого-то мессенджера. Представить себе такое трудно и невозможно".

На это военкоры, волонтеры, бойцы мобильных групп ПВО, губернаторы прифронтовых областей стали хором отвечать, что именно так и есть – Telegram востребованное средство связи на фронте и в прифронтовой полосе. Жители приграничных с Украиной районов спасаются от украинских обстрелов, координируя свои действия именно в Telegram.

Баланс интересов предполагает соответствующую расстановку запятых в вердикте "включить нельзя блокировать", хотя, казалось бы, он уже вынесен окончательно. Но замедление платформы – это еще не ее блокировка.

Работа Telegram в ряде случаев остается критически важной с точки зрения национальной безопасности. Парадокс, но блокировать мессенджер собираются как раз за ее подрыв.

Роскомнадзор (РКН) 10 февраля объявил о продолжении последовательных ограничений в отношении Telegram "в целях защиты граждан". Пользователи мессенджера – те же граждане, стали массово жаловаться на сбои в работе сервиса, в адрес техподдержки растет поток обращений тех, кто привык мгновенно загружать фотографии.

Ограничивая работу Telegram, РКН добивается исполнения российского законодательства. Все еще под вопросом: будет ли полная блокировка? Сейчас работа мессенджера замедляется, а возможность звонков заблокирована еще в прошлом году, одновременно растет волна возмущений.

Позиция Роскомнадзора заключается в том, что Telegram живет по своим правилам, не соблюдая российские законы: плохо защищает личные данные, не блокирует использование платформы в мошеннических и преступных схемах.

В РКН проводят параллели с WhatsApp, которая принадлежит компании Meta, признанной в России экстремистской. Данная компания также отказывалась выполнять требования российских законов, и с прошлого года в России началась постепенное ограничение работы WhatsApp.

Что касается Telegram, только в Таганском суде Москвы скопилось восемь административных дел против Telegram за отказ удалить запрещенный контент. Общая сумма взысканий составляет 64 миллиона российских рублей. Часть судебных разбирательств начнется 25 февраля, остальные – 16 марта.

К тому же у платформы нет официального представительства в России, налоги в бюджет она не платит, в реестре РКН не регистрируется. Так что законные основания для преследования Telegram в РФ есть.

Но есть и оборотная сторона медали, отличающая данный мессенджер от того же WhatsApp – востребованность гражданами данного сервиса, на что государство не может не реагировать, особенно если речь идет о безопасности.

По замыслу, функционал Telegram должен быть заменен мессенджером Max, который в марте 2025 года запустила компания VK. На рынке он позиционируется в качестве российского аналога известных мире иностранных платформ, таких как китайский WeChat.

Сравнение с опытом Китая неслучайно, потому что эта страна давно и системно защищает свое информационное пространство от вторжения иностранных продуктов с целью его контроля и обеспечения безопасности.

На платформе WeChat сопряжены соцсети, платежная система и госсервисы, что входит в функционал и российского кроссплатформенного сервиса мгновенного обмена сообщениями на базе одноименной цифровой системы Max. Очевидно, именно он станет тем самым национальным мессенджером.

Федеральный закон, принятый летом прошлого года, как раз предполагает создание цифрового сервиса, включающего функции национального мессенджера, сопряженного с госуслугами.

Национальная платформа интегрируются с "Госуслугами" и ЕСИА, а граждане смогут получать доступ к своим личным документам, таким как паспорт и студенческий билет. На платформе можно будет подтверждать личность без предъявления бумажных документов.

По словам президента РФ Владимира Путина, государство делает ставку на создание национальных платформ, объединяющих коммуникацию, платежи и государственные сервисы, что невозможно через иностранные приложения.

Но это еще не повод просто взять и прихлопнуть востребованный Telegram. Кстати, в Беларуси Telegram работает в штатном режиме, как и запрещенные в России Instagram и WhatsApp. Мир, как говорится, от этого не переворачивается, а национальные интересы не претерпевают урона.

Как следует из текста федерального закона, национальный мессенджер можно будет применять для подписания документов с использованием усиленной электронной подписи. Государственная логика прозрачна и не вызывает никаких сомнений, но для рыночной востребованности недостаточно одного закона, тем более она не возникает по щелчку пальцев.

В Китае сегодня функционирует не только Wechat, но и такие месенджеры, как QQ и DingTalk. В различных регионах страны есть точный перечень доступных приложений. На материковом Китае в некоторых провинциях мессенджеры вообще недоступны. Так Китай защищает свое политическое и экономическое пространство от манипуляций извне.

И в России, и в Беларуси могут и должны предприниматься аналогичные меры, но буквальным образом масштабировать опыт Китая в наших странах невозможно хотя бы потому, что есть уже сложившийся рынок информационных услуг.

Сложилась и своя структура их потребления, уровень востребованности у граждан, навязать же рынку какой-то продукт искусственно – трудновыполнимая задача, которая может принести обратный эффект, активировать отдельные риски информационной безопасности.

В Кремле не отрицают, что ведут переговоры с командой Павла Дурова. В свое время Telegram ворвался в мир мессенджеров как первая платформа с функцией автоматического шифрования сообщений, сделав, по сути, военную технологию массово доступной с возможностью консолидации и скрытого манипулирования обширными социальными группами.

Основание в 2013 году кроссплатформенного мессенджера Telegram дало толчок новому витку начавшейся ранее твиттерной революции. Ее еще называют новейший коммуникативной.

В ходе таких событий, как массовые беспорядки в странах "арабской дуги" в 2011-м, майдан 2014-го на Украине или мятеж 2020-го в Беларуси, стало ясно, что центр тяжести противоборства деструктивной сети против государственной иерархии окончательно переместился в сферу информационно-коммуникационных технологий.

Революционная сеть дестабилизации бросила вызов государственным устоям в новом историческом контексте, сформированном под воздействием именно сетевых платформ. Появилась возможность собирать толпу в виртуальном пространстве и масштабировать ее на каком-нибудь майдане.

Попытки актов саботажа, организованных деструктивными силами в Беларуси в 2020 году, не в последнюю очередь стали возможными благодаря технологическим возможностям Telegram. В ответ власти Беларуси замедляли интернет, применяли точечную блокировку сетевых платформ.

Как известно, ножом можно зарезать, а можно порезать помидоры. Если нож затупился, то пользователь попробует его заточить или будет искать другой и не обязательно с маркой MAX, но даже загрузка этого приложения не означает его обязательного использования.

Законодательство в отношении Telegram бесспорно надо выполнять, но первая война с Telegram, помнится, в 2020 году закончилась ничем. Сегодня ситуация драматичнее, учитывая риски, возникшие на фронте. Так стоит ли стахановскими темпами стремиться к блокировке Telegram?

Вряд ли. Ведь в известной песне Высоцкого о стахановце – надо же, завалило именно его. И уж точно нельзя подвергать опасности воинов СВО и жителей приграничных с Украиной районов.